Тамплиеры (фр. templiers от «temple» — храм, «храмовники») или Нищенствующие рыцари Христа и Храма Соломона (лат. Templique Solomonici) — первый по времени основания[1] из религиозных военных орденов. Орден был основан в 1119 году небольшой группой рыцарей во главе с Гуго де Пейном после Первого крестового похода чтобы поддержать новое Иерусалимское королевство во враждебном окружении побежденных мусульманских соседей, а также обеспечить охрану множеству европейских пилигримов, направившихся в Иерусалим после его завоевания. Следует, конечно, различать реальное основание ордена и начало его деятельности с одной стороны и официальное признание Папой Римским в качестве самостоятельного монашеского братства — с другой.Связь с Храмом Соломона

«Поскольку они не имели ни церкви, ни постоянного прибежища, король дал им на время местожительство в южном крыле дворца, близ Храма Господня.»[2] «Храм Господень» — имеется в виду находившаяся на Храмовой горе мечеть Аль-Акса, где располагался дворец короля иерусалимского Балдуина II. Главная резиденция тамплиеров располагалась в южном его крыле. В дань памяти Храму, некогда стоявшему на этом месте, а также, возможно, чтобы отличать его от «Храма Господня», крестоносцы переименовали Купол Скалы (Куббат–ас-Сахра) в Храм Соломона.[3] Отсюда и название самого ордена. В документах 1124-25 гг. тамплиеры именуются проще — «рыцари Храма Соломона» или «рыцари Иерусалимского Храма».

«Подлинный Храм в Иерусалиме — Храм, в котором они живут вместе, не столь величественный, правда, как древний и знаменитый Храм Соломона, но не менее прославленный. Ибо всё величие Соломонова Храма заключалось в бренных вещах, в золоте и серебре, в резном камне и во множестве сортов дерева; но красота Храма нынешнего заключена в преданности Господу его членов и их образцовой жизни. Тот вызывал восхищение своими внешними красотами, этот почитается из-за своих добродетелей и святых деяний, и так утверждается святость дома Господня, ибо гладкость мрамора не столь угодна Ему, как праведное поведение, и Он печется больше о чистоте умов, а не о позолоте стен.»